8 (908) 511 91 16
8 (908) 189 13 29
Заказать обратный звонок
Могильницкая Людмила Викторовна
  • Биология
  • Химия
  • Образование: РГУ (ЮФУ)
  • Опыт работы: 15 лет
Посмотреть видео
Могильницкая Людмила Викторовна

Преподаватель биологии и химии. Окончила Ростовский Государственный Университет (ЮФУ), специальность «биология».

  • Кандидат биологических наук
  • Эксперт ЕГЭ
  • Подготовка к ЕГЭ и ОГЭ по биологии (любой уровень)
  • Подготовка к ОГЭ по химии (любой уровень)
  • Прошла курсы по программе "Методика работы предметных комиссий по проверке ответов ЕГЭ и ГИА-9 по биологии ".

Район проведения занятий: Центр (Красноармейская/Соколова)
Стоимость занятий: 1300 рублей за занятие 120 минут.

Могильницкая Людмила Викторовна: «Чудо достигается большим трудом»

- Почему Вы стали педагогом?

- Я окончила университет в 1975 году и осталась работать на кафедре лаборантом. Потом работала в Научно-исследовательском институте, у нас были очень интересные исследования вместе с военно-медицинской академией и вместе с институтом авиакосмической медицины. Потом наступили грустные 90-е годы, когда наука стала не приоритетной для государства… В это время я сделала шаг в сторону школы. Что касается неё – я всё-таки и раньше общалась со школой. В 1984 году меня пригласили работать в школу слепых. Я там преподавала химию, с этого и начался мой трудовой путь.

- Необычное начало!

- Да, это была школа слепых для взрослых, там детей не было. У нас же были очень мощные производства для незрячих в Батайске, у них была сильная община и солидная школа, а ещё – потребность в химическом образовании. Из южных регионов туда съезжались люди, им давали общежития. У меня был 6 класс, и средний возраст в нём составлял 76 лет. Причём занятия шли по субботам, и эти бабулечки и дедулечки приходили туда, как в клуб. Но, наверное, более благодарной аудитории, как слушателей, я никогда не встречала! Все эти бабулечки с восторгом слушали и вздыхали: «Ой, деточка! Столько живу, этого не знала. Ой, как интересно!» Вот с этого начался мой педагогический труд.

Потом, когда университет занимался со школьниками, были школы «Юный биолог». Я работала в 80 школе. Это была школа химического уклона, и я от университета вела там углублёнку по химии. Ну и в эти трудные 90-е годы учительница школы сказала мне: «В 78 школе нужен учитель химии и биологии, и я порекомендовала тебя». Я в школу не собиралась, но она говорит: «Ну я же людям обещала, ты же меня не обманешь?» И вот таким образом я оказалась в школе

Когда я пришла в школу, было 6 классов в одной параллели. Учащихся было много, и у меня сразу нагрузка была 43 часа, с 6 по 10 класс. 11 класса в тот год не было. Я вела и химию, и биологию. Конечно, начало было очень трудное, очень много приходилось заниматься с учебником, готовиться к каждому уроку.

- Даже будучи научным сотрудником узкой области, в школе надо перестроиться и преподавать оба предмета, пусть и не на высоком уровне, но с более широкой областью…

- Я выучила биологию благодаря школе (улыбается). Я всегда говорила, что я «неправильный биолог», потому что областью моих интересов была биохимия, она ближе к медицине, а не к тому, что называется, собственно, биологией в школе: ботанике, зоологии… И я, конечно, очень много учила со своими учениками.

Должна сказать, что всё систематизировать, привести в порядок мне очень помогло ЕГЭ. В системе ЕГЭ я с 2000 года, с первого момента, когда он появился, тогда ещё как пилотный проект. Наша область одна из первых вошла в эксперимент.

С 1996 года по 2008 года я работала в 78 школе, но параллельно в 1996 году меня пригласили в технический лицей ДГТУ, и я вела там биологию все эти годы. В 2008 году я из 78 школы перешла в ДГТУ на постоянное место работы. Там организовали Управление довузовской подготовки, и меня пригласили заместителем начальника этого управления. И в этом же, 2009 году, организовалась гимназия ДГТУ. Я работала и в лицее, и в гимназии, а на следующий год уже полностью перешла в гимназию. Через два года, тоже волею судеб, я стала завучем гимназии, а через полгода – директором.

- Расскажите про Вашу экспертную деятельность.

- Что касается ЕГЭ, я прошла все ступени. Я была тестотехником в аудиториях. Подготовкой тестотехников и развитием ЕГЭ с нами занималась Надежда Фёдоровна Ефремова – основоположник тестологии в России. Она защитила на этом докторскую, работала с верхами и была руководителем Центра (прим. - Региональный центр обработки информации (РЦОИ)). Она научила нас составлять тесты, поэтому меня сейчас привлекает составлять тесты для пробных экзаменов. И уже лет восемь я – эксперт по проверке части с развернутым ответом.

- У каждого преподавателя есть своя методика работы с детьми перед ЕГЭ. Расскажите про свою.

- Знаете, меня всегда эти вопросы ставят в тупик. Возвращаясь тому времени, когда я пришла в школу: когда начинались педсоветы, семинары – тогда было только становление педагогических технологий – меня это всё пугало. Потому что я ничего этого не знала, ничего не понимала, термины… Потом, когда начинали простыми словами рассказывать, оказывается, что я всё это делаю, но я не знаю, как это называется. Вот здесь, наверное, такая же ситуация.

Вообще, это зависит, конечно, от человека, с которым имеешь дело, от материала. Одному, может быть, надо больше теории рассказать, дальше он её применит сам. Другой сам выучит теорию, но его надо учить ею пользоваться, чтобы понимать вопросы. Потому что я иногда сталкиваюсь с тем, что вроде написан вопрос и, когда мне дают ответ, я понимаю, с каким смыслом его воспринимать. Но я бы в жизни не пришла сама к этому смыслу. Поэтому – у меня нет коммерческой тайны, но я не могу однозначно сказать, что я делаю. Это очень индивидуально, может быть, даже на уровне интуиции с каждым учащимся. И, наверное, это приходит, извините, с опытом (улыбается). Но, во всяком случае, я точно знаю, что натаскать на тесты нельзя, что надо обязательно учить теорию – особенно по биологии.

- И учить именно сам предметы, как таковой. Многие говорят, давайте мы тут тестики порешаем… Это точно не тот подход.

- Нет, мы начинаем не с тестов, а с теории. Обязательно с теории. В химии практической части больше, там можно больше практикой достичь, а в биологии – только теория и применение её в конкретных ситуациях.

- Что для Вас – хороший преподаватель?

- Хороший учитель, во-первых, тот, которого не раздражают учащиеся, какими бы они ни были. Во-вторых, хороший учитель – это тот, который всё время учится, всё время читает, ориентируется в современной ситуации, потому что требования меняются, подходы меняются, материал, с которым мы работаем, тоже меняется. При том, что биология – политически независимая дисциплина, она меняется меньше, но всё-таки надо, чтобы учитель мог объяснить практическую значимость предмета и именно этим мотивировать детей. Я вот, например, на биологии говорю: да, вы биологами не будете, но вы все будете родителями, вам надо будет растить детей. Дальше, есть очень грустная статистика, что очень много людей погибает, потому что им не оказана сиюминутная помощь, которую и школьники должны знать, как оказать. Я согласна, что есть математики, есть гуманитарии, а биология – она посередине, это сам социум, сущность и культура человека. Поэтому биологию надо знать, как, в принципе, и химию. У меня на днях была очень интересная встреча в автобусе. Разговорились о том о сём с соседкой по сидению. Она – адвокат. И говорит: нам очень нужна химия. Потому что, чтобы раскрывать дела, нужно знать лекарства, препараты и их взаимодействие. И если ты знаешь это, можно найти путь и мотивы всего. Хотя многие и говорят: «Я гуманитарий, мне это не надо…» Ещё как надо. У тех, кто знает смежные предметы, больше раскрываемость.

- Да, иногда ученики говорят, мол, я иду на юридический факультет, значит, мне нужны история, обществознание, а химия вообще не нужна.

- А вот ответ человека-практика: нужна!

- Так во многом: есть смежные сферы, которые сильно не связаны, но мы никогда не знаем, что нам пригодится.

- Так произошло и у меня с профессией учителя. Даже гуманитария судьба может забросить на химический завод. Тогда пригодятся и термины, и понятия…

- Чего ждать и чего не ждать родителям и ученикам от занятий с Вами?

- Родителям надо понимать, что я не волшебник. Тут много моментов. У ребёнка есть базовый уровень, есть природная данность, которую очень трудно перепрыгнуть. Что я могу точно гарантировать: что я буду добросовестно вести уроки, что я буду помогать ребёнку, если ему трудно, я буду заставлять его, если он не хочет – и прошу родителей не обижаться на это. Но больше, чем могу, я не могу: есть всё-таки пределы возможностей. Потому что иногда приходят, даже по рекомендации: «Вот тут ребёнок получил 97 баллов…» Но не факт, что ребёнок конкретного родителя получит 97 баллов. Для него, может быть, и 60, и 65 баллов – очень большое достижение.

- Да, бывает даже, один брат занимался и получил 90-100, а второй брат приходит и понимаешь: он другой человек, у него другая психология и другие мотивации, другие склонности.

- Поэтому главное – чтобы родители не ждали, что я сделаю чудо. Чудо достигается большим трудом, и обучение – процесс обоюдный. Если дают – то надо брать. Если будут брать – будет результат. А там уже – матушка-природа.

- В этом году биология была непростая. Расскажите про этот момент. В чём была сложность, почему дети написали её не так хорошо, как хотелось бы?

- В этом году были очень жёсткие критерии, которые очень жёстко оговаривались, и от которых нельзя было отступать. А попасть в них было очень сложно, потому что трудно представить, чего хочет человек, который всё знает, по сравнению с человеком, который читает задание и отвечает.

- Давайте пару личных вопросов. Без чего Вы не представляете свой день? Есть что-то, что Вас, может быть, мотивирует, а, может быть, поддерживает?

- Интересный вопрос. Как-то никогда не задумывалась… Наверное, я не представляю, что я не иду на работу. Мой свёкр был военным и гордился, что его жена ни одного дня в жизни не работала. Один раз ради каприза она захотела поработать, он устроил её в штабе, она отработала один день и сказала: «Это не моё». Ну вот у меня, наверное, диаметрально противоположное. Хотя, наверное, близок тот рубеж, когда придётся оставить работу или работа оставит меня. Но тот же свёкр меня спрашивал: «Неужели, если бы была возможность не работать, Вы бы работали?» Я говорю: «Я не представляю, что такое не работать». И ещё я, в каком-то смысле, баловень судьбы. Везде, где я работала, были очень хорошие коллективы. Конечно, общение – это ещё одна сторона работы.

- Расскажите о своих увлечениях, кроме преподавания.

- Очень люблю путешествовать, ездить. Работать же надо для чего-то, не только для того, чтобы есть. Люблю общаться с людьми, люблю большие шумные компании. Люблю пикники.

- А где любите путешествовать?

- Тут спасибо моей маме, которая меня приучила и давала возможности. Сначала много путешествовала по России, была в Средней Азии, в Сибири, на Кавказе, ходила на лодках, в Карелии была… Как ни парадоксально, в трудные 2000-е годы я много поездила по заграницам автобусными турами, с 2002 по 2009 годы объездила всю Европу. Из Европы не была только на Балканах, а так – везде была.

x
Запишись на бесплатное собеседование!
Подпишись на нашу рассылку
для абитуриентов и получи много полезной информации о том, как сдать и поступить!
Родитель
Абитуриент